Юные паломники в Новодевичьем монастыре

впечатления о поездке молодежного объединения при храме святителя Димитрия Ростовского в Очакове

В Москве есть уголки, кажется, нетронутые бегом времени, места, где время течет размеренно, спокойно. Где жизнь обретает смысл и значение. Таким местом для нас оказался Новодевичий монастырь.

Наше молодежное объединение при храме совсем новое. Нам интересно путешествовать, радоваться новым встречам. Первой нашей поездкой стало посещение Новодевичьего монастыря, а первым открытием стали современная жизнь и события из истории московского монастыря, до этого во многом неизвестные нам. Хотелось бы сказать, что сам монастырь, люди, с которыми нам удалось познакомиться и поговорить, оставили разные чувства в каждом из нас. Но абсолютно всем запомнились радость и благожелательность. Поднимаясь по ступенькам Успенского храма, глубоко вдыхая запах восковых свечей и ладана, видя добрые, искренние лица, думалось: «ты — дома».

От поездки остались заметки, сделанные несколькими участниками, слова, которые родились в сердцах после нашей поездки в обитель. Ниже приводим эти впечатления.

«Поездка в Новодевичий монастырь оказалась для меня незабываемой. Когда мы вошли на территорию монастыря, возникло ощущение, как будто мы оказались совершенно в другом мире. Спокойствие и тихая радость наполнили душу. Такую красоту я ещё нигде не видела! Вокруг так много красивых и больших храмов. Глаза остановились на соборе, который располагается в центре. Он притягивал внимание своим величием, огромными куполами. Этот храм казался необъятным. И, как потом рассказал нам экскурсовод, храм является самым главным и освящен в честь Смоленской иконы Божией Матери.

Мы побывали в Успенском храме, где нас встретила матушка Татиана. В этом храме очень красиво, там находится много старинных икон. О Смоленской иконе Божией Матери нам рассказывала матушка. Это одна из главных святынь обители. Также мать Татьяна рассказала о том, как живут монахини. Раньше я знала, что монахам нелегко живется в монастырях, но, когда нам рассказали о том, как сестры жили раньше, без горячей воды и света, и как сейчас они живут, я поняла, что не просто нелегко, а очень сложно. Особенно тем монахиням, которые несут послушание на кухне. Они встают раньше других, а потом ещё и церковные службы надо отстоять!

Ещё матушка рассказывала, что в монастырь приходят не из-за несчастной любви или из-за того, что трагично сложилась судьба, а я ведь раньше так думала. Люди приходят туда по зову душу. Это сердце подсказывает человеку, какой путь выбирать.

Конечно, все очень внимательно слушали тех, кто нам рассказывал о монастыре. У каждого отражалось в памяти все самое важное, и все-таки, когда писались эти заметки, оказалось, что как по-разному можно рассказать об одном и том же событии.

«Когда мы подъехали к Новодевичьему монастырю, было холодно и накрапывал мелкий дождь, но погода не испортила нам хорошего настроения, с которым мы переступили порог обители. У ворот нас встретила матушка Татьяна. Её открытое лицо излучало спокойствие и доброту. Она провела нас в храм. Снаружи он выглядит легким и воздушным. Такое же впечатление он производил и внутри. Нас окружали лики святых. Матушка попросила обратить внимание на Смоленскую икону Божией Матери и рассказала об истории этого образа, о том, что написана она евангелистом Лукой, что греческий император Константин Порфирородный, выдавая свою дочь, царевну Анну, в 1046 году за черниговского князя Всеволода Ярославича, благословил её этой иконой в путь. Также мы увидели икону Николая Чудотворца с частицей его святых мощей.

Рассказала нам матушка и о монашеской жизни. О послушаниях сестер, о распорядке дня. Это и кухня, и уборка храма, и работа в церковной лавке. На вопрос к матушке о том, что её привело в монастырь, мы услышали историю о призвании к монашеской жизни. Случилось это после смерти её ученицы Оли (матушка раньше преподавала в школе). Девушка лежала 40 дней в коме и на сороковой день отошла к Господу. Стоя около гроба девочки, матушка мысленно обратилась к ней со словами: «Скоро твоя душа предстанет пред Господом. Спроси у Него, что мне делать здесь, на земле." После похорон, придя домой, матушка как бы услышала ответ на свой вопрос: дальнейшая жизнь должна быть полностью посвящена Господу. И нам матушка посоветовала почаще обращаться внутрь себя, прислушиваться к своей совести, внимать тому, что отвечает нам Господь, Божия Матерь, святой, к которому мы обращаемся с молитвой.

Далее по территории монастыря нас повела экскурсовод. Она представила нам исторические сведения об обители, рассказала, что на территории были похоронены родственники Ивана Грозного, Петра I, А. П. Чехов, другие знаменитые люди. Мне запомнился рассказ о том, что в старину при рождении ребенка писали икону святого — его небесного покровителя. Причем размеры этой иконы были в рост новорожденного. Поблагодарив и попрощавшись с экскурсоводом, мы перешли в небольшую трапезную, чтобы попить чай. Там мы встретились с отцом Лазарем. За столом проходила душевная, открытая беседа нашей группы с отцом Лазарем. Как оказалось, он был подстрижен в монахи в Лазареву субботу и на следующий день, в Вербное воскресенье, рукоположен в диаконы. Нас интересовало, какие изменения в его душе произошли после пострига. „Появилась особая ответственность“ — было первым, что мы услышали. Иеродиакон Лазарь рассказал, что он две недели не верил, что все это произошло с ним, ощущал себя как во сне. И только после Пасхи пришло осознание, что он монах, диакон. Мы были рады пообщаться с монахом, поучаствовать в этом теплом и душевном разговоре. Но, к сожалению, времени оставалось очень мало, и вскоре нам пришлось закончить беседу. У святых врат мы попрощались с отцом Лазарем.

Мне эта поездка очень понравилась. Я думаю, в каждом из нас было чувство радости от посещения обители, от приятной беседы. С благодарственной молитвой ко Господу мы поехали по домам».

И ещё одну заметку хочется привести ниже:

«Был прекрасный воскресный день. Но не из-за погоды — было по-осеннему холодно и немного сыро, — сколько из-за какого-то внутреннего ощущения чистоты, ожидания чего-то светлого, радостного. После того, как отстоишь службу, всегда на душе становится так хорошо…, какими-то другими глазами смотришь на мир. И ждешь чего-то необыкновенного. В то воскресенье, 19 октября, этим „необыкновенным“ стала поездка нашего молодежного кружка в Новодевичий монастырь. Девчонки и мальчишки 13–17 лет, наши „вожатые“ Алексей и Настя — всего 9 человек. Собрались в нашем храме, после второй Божественной литургии. Добирались на автобусе, в метро, пешком. Когда вышли к монастырю, остановились. Поразила величественная мощь его стен. Огромная для того времени высота, кирпичная кладка, круглые башни, бойницы — все это делало монастырь похожим на крепость. Впрочем, многие монастыри и строились как крепости для защиты русских земель от врагов. Не исключением был и Новодевичий. Об этом монастыре я знала очень мало: здесь окончила свой жизненный путь царевна Софья, насильно постриженная в монахини по приказу Петра I, здесь, на его территории и на территории Новодевичьего кладбища, покоятся многие великие русские писатели, историки, ученые — вот и все. Да и видела я его только два раза: первый — на одноименной картине Ильи Глазунова, второй — просто проезжала мимо, успев заметить только его знаменитую колокольню. Иными словами, для меня побывать в Новодевичьем монастыре было необыкновенным событием.

Вошли мы в него через святые врата и остановились на минуту. Перед нами возвышался главный собор монастыря — Смоленский, внешне очень похожий на Успенский собор кремлевского ансамбля. Чуть дальше — красавица-колокольня красного кирпича с контрастными белыми орнаментами. Яркая, словно праздничная, красно-белая гамма характерна для всех сооружений монастыря. Успела заметить на одном из корпусов солнечные часы. Как нам позже рассказывала экскурсовод, ими давно не пользуются из-за сдвига современного летнего и зимнего времени относительно астрономического — часы остались только лишь как украшение-символ XVIII века.

Мы прошли мимо Смоленского собора к Успенскому храму. Здесь нас встретила матушка Татьяна, провела внутрь храма, показала главную икону — Смоленский образ Пресвятой Богородицы, называемый ещё Одигитрия, что значит „Путеводительница“, чтимую икону Николая Угодника, икону священномучеников митрополита Серафима (Чичагова), автора жития преподобного Серафима Саровского, и архиепископа Илариона (Троицкого), мощи которого покоятся в Московском Сретенском монастыре. Оказывается, митрополит Серафим (Чичагов) был дедушкой игумении Серафимы (Черной), первой настоятельницы Новодевичьего монастыря в начале девяностых — в годы, ставшие для обители временем возрождения. Уже пожилая, матушка старательно собирала документы, которые могли бы стать основанием, чтобы прославить митрополита Серафима в лике новомучеников. Так и произошло. Саму игумению, внучку святого, матушка Татьяна помнила… Ведь она была среди первых насельниц обители, кто вместе с настоятельницей возрождал здесь монашескую жизнь.

„Было поначалу трудно, очень трудно. Ни воды, ни газа, ни, вообще, условий для жизни… Даже, простите, мыться и стирать сестры ездили домой — большинство были из Москвы. Теперь, конечно, уже все по-другому“, вспоминает инокиня Татиана. „Часто спрашивают, почему пошла в монахини“, — тут матушка Татьяна улыбается,- „не из-за несчастной любви. Этого очень мало, чтобы решиться уйти в монастырь. Люди становятся монахами не для того, чтобы скрыться от каких-то проблем или несчастий. Господь сам выбирает себе тех, кто должен посвятить свою жизнь служению Ему и, как правило, дает знать об этом человеку“.

Мы вышли из храма, прошли к зданию, оказавшемуся кельями с трапезной. Лицо матушки светилось. Казалось, она давно нас ждала, хотела встретить, передать часть той доброты, того тепла, которое может источать чистое сердце верующего человека… Договорились, что она встретит нас после экскурсии и напоит чаем. Ещё раз улыбнулась и быстро ушла. А уже экскурсовод провела нас по территории монастыря, рассказывала о его истории, о событиях, свидетелями которых он стал. Больше всего запомнились десятки могильных плит и памятников. Под стенами храмов, вдоль дорожек покоились останки не только священников и монахинь, но и знаменитых русских писателей, ученых — Плещеева, Шаховского, Соловьева, Дениса Давыдова. Экскурсия кончилась, и мы снова оказались перед входом в трапезную. Инокиня Татиана и иеродиакон Лазарь встретили нас.

Отец Лазарь, всего полгода назад постриженный в монахи и рукоположенный в диаконы, пригласил нас в трапезную. Священнослужители очень добрые, сердечные, гостеприимные и открытые люди. Горячий чай, теплая беседа, улыбающийся батюшка… Было как-то уютно, хорошо…, и совсем не хотелось уходить. А время бежало. Отец Лазарь проводил нас до выхода из обители. Казалось, сам он тоже не хотел расставаться. Мы обещали приходить ещё. Обязательно. А теперь отправились в обратный путь. На сердце было тепло, радостно, светло… Все улыбались. И шел дождь. А Господь был незримо с нами».

Воспитанницы молодежного объединения
при храме святителя Димитрия Ростовского в Очакове
Анастасия Иванова, Алена Иванова, Юлия Гречишникова

паломничества, монастыри

© 2001—2017 Московская Епархия Русской Православной Церкви
119435, Москва, Новодевичий проезд, 1/1
(499) 246-08-81 (обращаем внимание на необходимость набора кода 499 перед номером)