Встреча с митрополитом Ювеналием на волне радиостанции «Голос России»

У микрофона Армен Оганесян. Добрый день. Программа «Визави с миром» поздравляет слушателей радиокомпании «Голос России» и телезрителей телеканала «Звезда», всех, кто слышит нас и видит, с Новым годом и Рождеством Христовым. Счастья вам, успехов и духовной радости. И вполне естественно, что сегодня мы пригласили в студию человека, который к этим праздникам, особенно к одному, имеет самое близкое, самое тесное отношение. У нас в гостях митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий. Ваше Высокопреосвященство, здравствуйте, добрый день.

Владыка Ювеналий: Здравствуйте, добрый день.

Оганесян: Тоже Вас и с Рождеством, и с Новым годом. Нам особенно приятно, что Вы уже не первый раз в нашей передаче. На удивление много вопросов самых разных. Но у меня вопрос такой немножко традиционный. Как Вы отмечаете обычно Рождество? Ну, конечно, служба. Но есть что-то особенное в этой службе, наверно?

Владыка Ювеналий: Вы сказали, что я имею большее отношение к Рождеству Христову. Видимо, думали, что к Новому году меньшее отношение имею. Я должен Вам сказать, что ко всей жизни людей в течение всего года Церковь имеет самое непосредственное отношение, освящая молитвой жизнь людей, а праздники как помощь людям для того, чтобы они обретали духовную силу для несения своего жизненного креста. Поэтому мне хочется и с Рождеством Христовым вас приветствовать, и с новолетием и в Вашем лице всех радиослушателей «Голоса России». Большое счастье для нас, что мы из этой студии можем обращаться к людям разных национальностей, живущих в разных уголках Земли, нести им радость веры и Божие благословение. Спасибо, что я имею сегодня опять традиционную возможность встречи с вашими радиослушателями.

Что касается того, как мы отмечаем Рождество Христово, можно много говорить, потому что предшествует долгий, сорокадневный, пост перед Рождеством Христовым, и мы во время этого поста вспоминаем, как избранный народ хранил веру в единого истинного Бога и ожидал пришествия в мир Христа Спасителя. И мы в то же время очищаем душу свою покаянием. Это необходимо, потому что постоянно грешим. Если грехи будут накапливаться, нам не войти в Царство Небесное. А мы облегчаем этот путь и освящаем свою душу молитвой и покаянием. А конец всего — это ночная служба, когда мы внутренне, духовно переносимся к тем событиям, когда пришел в мир Христос Спаситель.

Оганесян: Спасибо. Этот праздник очень часто в душах людей вызывает такую радость. Они видят младенца Христа, какое-то умиление, очень многие возвращаются в детство, вспоминают прошлое. Я хочу процитировать, почему так происходит. По-моему, ответ Вы дали в том поздравительном послании, которое Вы направили в адрес нашей компании и телеканала «Звезда», конечно. И здесь сказано, что «Господь приходит на Землю не как жестокий ратник, угрожающий всему живущему смертью, но как новорожденный младенец, приносящий надежду возрождения жизни, уча и нас не ставить себя выше других и не превозноситься преимуществами, но смиряться и в самих себе, и перед другими». Очень хорошо сказано.

Владыка Ювеналий: Если мы эти пожелания выполним, то уже будет Царствие Божие на Земле построено.

Оганесян: Меньше грешить будем, если продолжать вашу мысль. Ну что же, Владыка, давайте обратимся к вопросам слушателей. Их много, и записанных на автоответчик в Ваш адрес, и которые пришли по сети Интернет. Пожалуйста, давайте послушаем первый вопрос.

Голос: Уважаемый Владыка, здравствуйте. Вам звонит филолог из Москвы Елена. Прежде всего, поздравляю Вас с наступающим Рождеством Христовым и Новым годом. В 2007 году состоялось важное событие в истории Православия: воссоединение двух церковных ветвей — Русской Православной Церкви и Русской Православной Зарубежной Церкви. Какова, по Вашему мнению, судьба Единой Русской Православной Церкви и возможно ли единение паствы всего православного мира? Спасибо.

Владыка Ювеналий: В Вашем вопросе две мысли. Я сначала на последнюю отвечу, а потом вернусь к первой. Возможно ли единение православной паствы всего мира? Единение есть. Вера — нас объединяет, и поразительно, людей разных национальностей, разных культур. И когда мы встречаемся с православными людьми во всем мире, мы встречаемся как родные братья. Такое единение построено, оно есть.

А что касается того события, о котором вы спрашиваете, перед Новым годом я знакомился с различными оценками, что было самого значительного в христианском мире в уходящем 2007 году, и все в первую очередь называли вот это событие. Мы, русские люди, знаем, что более 300 лет не разрешен конфликт, который возник при Патриархе Никоне, и всегда мы стремимся к его разрешению, примирению. Но если нет сейчас между нами напряжения, вражды, то нет, к сожалению, еще молитвенного общения между нами. И трудно было даже ожидать, по-человечески я говорю, что для людей невозможно, для Бога все возможно. Я в данном случае мысль передаю Христа Спасителя. И поэтому мы считаем, что это было Божией помощью для русского народа, ибо то, что произошло после трагических событий революции в России, разделило семьи и разделило, к сожалению, наш народ. И те, которые стали изгнанниками, не смогли, в конце концов, выдержать испытание, чтобы остаться в каноническом общении с иерархией и Церковью, находящимися в Советском Союзе.

Я много лет возглавлял внешние связи Русской Церкви, объехал, можно сказать, весь мир, и мне больно было видеть, как нас принимали люди разных национальностей, а русские люди, которые принадлежали к Русской Зарубежной Церкви, закрывали перед нами двери храмов. Казалось, что это никогда не прекратится. Мы молились о нашем единстве. Все, что по-человечески возможно было, мы тоже старались делать. Но тут с Божией помощью мы пришли к полному примирению, а оно выражается в том, когда мы вместе молимся, причащаемся Святых Христовых Таин. Вот это произошло. Это было на праздник Вознесения Господня. В Храме Христа Спасителя в Москве и в этот день звучали слова молитвы, когда Христос напоминает нам: «Аз есмь с вами и никто же на вы». Мы особенно почувствовали тогда, что Господь нас благословляет. Теперь наш народ русский, православный наш народ един, где бы он ни находился, в Москве ли, в Нью-Йорке, или в Сиднее, или в Лондоне, где бы мы теперь ни встретились. И вот так было уже в этом году, когда наши представители посетили очень многие епархии и приходы Русской Зарубежной Церкви. И со слезами на глазах, обнимая друг друга, люди вместе молились.

Оганесян: Спасибо, Владыка. Это, наверно, первый год, когда песнопение «На земле мир, в человецех благоволение» особенно трогает русских людей после воссоединения. У нас очень много вопросов еще. Вот следующий вопрос из Канады. Давайте послушаем и ответим.

Голос: Здравствуйте. Это Боб Хоршоу, Торонто, журналист.

Ваше Высокопреосвященство, как удалось Русской Православной Церкви сохранить свою веру в советские времена? И еще вопрос, если возможно: должна ли Церковь как гуманитарная сила принимать более активное участие в международных отношениях? Спасибо.

Владыка Ювеналий: Опять мне хотелось бы начать со второй части вопроса. Я принципиально хотел бы заявить, что политика — это удел политиков и Русская Православная Церковь не должна подменять министерство иностранных дел. Но Церковь никогда не стояла в стороне от жизни людей, от жизни общества, ну и всего мирового сообщества. И с 1946 года в Русской Церкви есть постоянный Отдел, который занимается внешними связями, в первую очередь с религиозными организациями и, конечно, Православными Церквами, взаимодействуя в нашей жизни для служения разделенному человечеству и обществу. Большое место в этой деятельности уделялось и уделяется сохранению мира, сохранению нравственных ценностей, религиозных ценностей. И поэтому мы взаимодействуем и с государственными учреждениями, и с общественными, и с религиозными. Поэтому нельзя сказать, что мы как бы со стороны смотрим на все, что происходит в этом мире. Мы внутри этих событий, и особенно там, где требуется решительное слово, когда мы знаем, что терроризм наступает на нас, падение нравственности. К грехам люди привыкают, как к чему-то обычному, и считают, что это их право жить в свободе. Ну, например, делать аборты женщинам, жить в гражданском браке, а для Церкви, например, это блудодеяние. Вот здесь мы не стоим в стороне. И мы считаем, что Церковь должна участвовать во всех этих процессах, смягчая нравы человеческие и защищая честь, достоинство и мир на Земле.

Оганесян: Вот первая часть вопроса: как удалось Русской Православной Церкви сохранить веру в советскую эпоху? Но Вы-то пожили в эту эпоху, конечно, и на себе испытали весь пресс государства, как он может действовать, когда он действует против веры. Два слова об этом. Можно говорить очень много, но у нас очень много вопросов, если можно, коротко.

Владыка Ювеналий: Вы на меня можете уже смотреть как на ископаемое, потому что я из ХХ века к вам пришел, уже пожилой человек.

Оганесян: Нет, Владыка.

Владыка Ювеналий: Для меня очень радостно, что мы в XXI веке получили полную свободу в России для выражения нашей веры. Был огромный период, когда ставилась задача покончить навсегда с верой в сердцах людей. Но если говорить с духовной точки зрения, на основе нашей веры, непреложны слова Христа, Который сказал: «Я создам Церковь Мою, и врата ада ее не одолеют».

Оганесян: Очень емко и понятно.

Владыка Ювеналий: Это, если кратко говорить, исполнение Божиего обетования. А если по-человечески подходить к этому, то мы имеем свидетельства, мы знаем, как когда-то в Библии говорилось, что столько-то человек, такое-то число людей не преклонили колена перед Ваалом, так и в Советском Союзе жила Церковь, были верующие люди, и они предпочитали смерть измене Христу. Вот в 2000 году мы канонизовали Собор новомучеников и исповедников Российских. На них держалась вера. И конечно, в семьях. Это была роль наших бабушек, которые были первыми катехизаторами в семьях. Они сохранили нам веру.

Оганесян: Белые платочки, да?

Владыка Ювеналий: А бабушки имели связь с Церковью, и они ничего не страшились, ходили в церковь. Храмов было мало, но это были те, по-евангельски выражаясь, горчичные зерна, из которых сегодня вновь выросло уже огромное древо, которое покрывает всю Россию.

Оганесян: Вот смотрите, Владыка, перед нашей передачей Вы процитировали интервью президента Владимира Владимировича Путина журналу «Тайм», и там говорилось о том, Вы приводили его слова, что до 80 процентов населения России так или иначе культурно или непосредственно связано с православной традицией, с Православной Церковью. Вот после таких гонений, казалось бы, после такого катка, который прошелся по верующим людям, до 80 процентов! Это звучит, я бы сказал, так вдохновляюще и внушительно.

Владыка Ювеналий: Нас очень радует, что в последние 15 лет мы смогли возродить все формы нашего миссионерского, просветительского и социального служения, в первую очередь получить места для молитвы — храмы, восстановить их. Но самое важное для нас — это обращение к сердцам людей. И сегодня мы можем сказать, как когда-то раньше говорили, «Русь крещена, но не просвещена». Многие уже приняли крещение, миллионы и миллионы людей, но сейчас наша основная задача — просветить этих людей, вернуть в их сердца благочестие, научить бороться с грехом. И вот это — залог духовного возрождения России.

Мне в этом интервью нашего Президента Владимира Владимировича очень понравились слова, где он говорит о том, что нравственности без веры быть не может.

Оганесян: Спасибо, Владыка. Кстати, вот следующий вопрос как раз о духовном состоянии нашего общества. По-моему, он достаточно интересный, и мы хотим, чтобы Вы на него ответили. Пожалуйста.

Голос: Здравствуйте, Владыка! Меня зовут Надежда. Я живу и работаю в Москве. Прежде всего, я сердечно поздравляю Вас с наступающим Рождеством Христовым и с Новым годом. Я желаю Вам здоровья и долгой успешной жизни. А вопрос у меня не очень праздничный, но искренний. И очевидно, и не секрет, что общество наше все еще болеет многими духовными болезнями, не всегда понимает жизнь Церкви, больше верит околоцерковным суевериям. Детей своих мы воспитываем чаще по атеистической методике. То есть, чего лукавить, предпочитаем мы телевизор духовному образованию. А свои бытовые проблемы, эмоциональные проблемы, семейные — все решаем вне Церкви. Скажите, пожалуйста, Владыка, как Церковь способствует возвращению нашего общества «из страны далече» на путь истины, как помогает нам понять важность и нужность духовного возрождения? Спасибо.

Владыка Ювеналий: Спасибо Вам, Надежда, и за поздравление, и всем радиослушателям, которые начинают свои вопросы, обращенные ко мне, с приветствия. Я тоже всем шлю свои добрые, сердечные пожелания и благословение. Ваше имя Надежда. Вот не унывайте, имейте надежду. Мы знаем все болезни нашего общества и часто критически высказываемся в отношении наших телепередач, хотим, чтобы больше было и религиозных передач, которые могли бы что-то противопоставлять той волне негатива нравственного, который мы видим с экранов телевидения. Но нужно сказать, что тот, кто ищет доброго пути, для него есть и дорога к храму. И поэтому вы можете не только телевидением увлекаться, но и храмы посещать. Я могу Вам сказать, что не сидим мы на месте, не бездействуем. Мы в первую очередь понимаем, что воспитание начинается «с младенческих ногтей». И поэтому сейчас в нашей практике, а препятствий никаких для этого нет, мы создаем детские сады православные, мы при храмах создаем воскресные школы, кстати говоря, не только для детей, но и для взрослых. Они тоже нуждаются в духовном просвещении. Сейчас, вы, наверно, знаете как россиянка, что идут очень активные дискуссии по вопросу о преподавании «Основ Православной культуры». Некоторые боятся клерикализма. Некоторые считают, что это нарушение идеи и положения о разделении Церкви и государства. Но большинство понимает эти вопросы как нравственную проблему. Мы, в первую очередь, зная болезни нашего общества, стараемся заниматься духовным просвещением. Вы, Надежда, как мать, если вы имеете детей, если у Вас есть семья, знаете, что воспитание дается трудом и временем. Поэтому мы не унываем. Имея такие возможности, мы используем все духовные средства, чтобы исцелять болезни нашего общества.

Оганесян: Владыка, вот вопрос похожий. Вы много уже ответили на те самые вопросы, которые задают слушатели и наши пользователи сетью Интернет. Но вот один, связанный с тем, о чем Вы говорите. «Занимается ли Православная Церковь миссионерской деятельностью, и если да, то где?» — вопрос от Гарри Уокера из США. Очевидно, мы здесь можем говорить больше и о внутренней миссии, но, может быть, и на внешнем поприще Церковь занимается. Что вот сейчас с миссионерской деятельностью Церкви?

Владыка Ювеналий: Говоря «внешняя», Вы имеете в виду за рубежом?

Оганесян: За рубежом, да-да.

Владыка Ювеналий: В основном мы стараемся, чтобы наши русские люди, православные, рассеянные по всему миру, имели духовное попечение. И вот сейчас во всем мире до 300 православных храмов, которые опекаются духовенством Русской Православной Церкви.

Оганесян: И при них ведется какая-то миссионерская деятельность.

Владыка Ювеналий: Безусловно. Но я бы хотел сказать о внутренней миссии. У нас, например, есть в Белгороде семинария, которая имеет направление воспитать священников для миссионерской деятельности. Но миссия наша заключается сейчас в просветительской деятельности. Я в начале беседы говорил: многих крестили, но не просветили. Нужно их научить. Поэтому я бы больше назвал это просветительской, а не миссионерской деятельностью.

Оганесян: Но, Владыка, это, наверно, возрождает и древние традиции Церкви. В нашем обиходе «Что ты несешься как оглашенный?» имеет негативное отношение. Но на самом деле «оглашенные» — это те, которых Церковь огласила перед тем, как посвятить в Таинстве Крещения их жизнь Господу. И ведь иногда этот период длился и год, и два, иногда и три. Люди иногда проживали полжизни и становились крещеными христианами. Здесь есть какая-то параллель, вот то, что вы говорите? Очевидно, эта миссия еще направлена на то, чтобы подготовить к сознательному отношению к вере, даже если они крещены. Что-то похожее в этом есть.

Владыка Ювеналий: Безусловно. В очень многих храмах, прежде чем крестить детей, их крестных просвещают, а потом стараются объять своим вниманием и детей. Это комплексный процесс, который сейчас всюду осуществляется нашей Церковью.

Оганесян: Вот я знаю по приходам Вашей епархии эта деятельность очень широко Вами приветствуется и поддерживается. Но я должен сказать, что духовенство, вот по моим наблюдениям и не только по моим, очень большое внимание уделяет и воскресным школам, и работе с детьми. Много приютов, кстати, для сирот и детей необеспеченных. То есть Церковь осуществляет миссию словом, но и делами милосердия.

Владыка Ювеналий: Вы подняли вопрос о жизни нашей епархии в Московской области. Я думаю, у Вас не хватило бы эфирного времени, если бы я Вам делал этот доклад.

Оганесян: Нет.

Владыка Ювеналий: Я два дня назад проводил Епархиальное собрание, где было около тысячи священников моих, на этом собрании. И я очень строго с них взыскивал и очень горячо благодарил, потому что нерадивых меньше, а больше усердных пастырей, которые широко ведут миссионерскую, просветительскую и социальную работу в нашей Московской епархии.

Оганесян: Спасибо, Владыка. Следующий вопрос.

Голос: Уважаемый Владыка Ювеналий, меня зовут Родриго Гонсалес. Я из Перу, Лима. У меня к Вам три вопроса. Насколько многочисленно христианское население России? Сколько лет нужно прослужить в Церкви, чтобы стать священником? Какова численность священников Русской Православной Церкви?

Оганесян: Владыка, сразу предваряя, чтобы сократить Ваш ответ, мы уже о численности устами президента Владимира Путина сказали — до 80 процентов.

Владыка Ювеналий: Я думаю, это самый авторитетный ответ. Что касается количества духовенства, оно растет с каждым годом, и на сегодняшний день нашего православного духовенства до 30 тысяч.

Оганесян: Вы берете именно, строго говоря, Россию или и Русской Православной Церкви приходы за рубежом — в Украине, в Белоруссии, все вместе? Это 30 тысяч священников.

Владыка Ювеналий: Да.

Оганесян: Спасибо за этот ответ. И еще вопрос: сколько лет нужно прослужить в церкви? Ну, очевидно, так скажем, в чине чтеца имеется в виду или певчего. Ну, по-моему, таких жестких нет правил?

Владыка Ювеналий: У нас имеются Духовные школы — семинарии, академии, которые готовят священнослужителей. Чтобы получить богословское образование в семинарии, нужно проучиться пять лет и еще два года в академии для профессорско-преподавательской деятельности. Мы в семинарии принимаем людей православных, известных уже своим благочестием и призванием к пастырскому служению. Поэтому священник готовится к своему служению долго. Сначала жизнью своей, благочестием.

Оганесян: Внутренней и духовной работой.

Владыка Ювеналий: А потом уже получая духовное образование.

Оганесян: Спасибо, Владыка. Следующий вопрос.

Голос: Ваше Высокопреосвященство, благословите. Позвольте Вас поздравить с наступающим Рождеством Христовым и гражданским Новым годом. Меня зовут Анастасия, я — прихожанка храма Успения. У меня к вам следующие вопросы. Не так давно были найдены предполагаемые останки детей семьи страстотерпца царя Николая. Как Церковь отнеслась к этой находке? Мой второй вопрос: поддержит ли Русская Православная Церковь перенесение мощей преподобной мученицы Елизаветы из Иерусалима в Россию, ведь ее мощи пока принадлежат Православной Церкви за рубежом? Спаси Господи!

Владыка Ювеналий: Спаси Господи вас! И вас поздравляю. Что касается найденных останков, о которых говорят, что это дети императора Николая II страстотерпца, мы не имеем определенной ясной позиции на сегодняшний день, потому что считаем, что мы изучим те результаты, к которым придут ученые. До сих пор, на сегодняшний день, мы не слышали, что закончены эти исследования. И тогда мы сможем уже сказать о своей позиции.

Оганесян: А о мощах Елизаветы Федоровны?

Владыка Ювеналий: А что касается мощей, то сама великая княгиня, как мы знаем, желала, чтобы она была погребена вместе с мужем в том монастыре, который она создала.

Оганесян: Да, это ее воля была.

Владыка Ювеналий: Этот монастырь готовится к своему столетнему юбилею. Он полностью передан Церкви. Там возрождается социальное служение, приводится в должное состояние внешний и внутренний вид монастыря. Я думаю, что эти вопросы должны будут решаться совместно с Русской Зарубежной Церковью.

Оганесян: Тем более после объединения.

Владыка Ювеналий: Да.

Оганесян: Зачем обижать, как говорится.

Владыка Ювеналий: Не может быть речи, чтобы мы кого-то обидели. А я думаю, что время покажет, как Господь управит этот вопрос. Но будем рассматривать это в содружестве с Русской Зарубежной Церковью.

Оганесян: Вы правы, это была очень трогательная история. Во время свадебного путешествия с Сергеем Александровичем, поднимаясь в Гефсимании выше на Елеонскую гору, великая княгиня произнесла: «Как бы я хотела быть здесь погребена». И это удивительно: через Китай, через Харбин, через Сибирь ее тело, нетленные, кстати, останки, это удивительно, ведь была жара, из многих гробов сочилась уже разложенная плоть людей, и когда ее гроб открыли и консул российский, который был в храме, стал освидетельствовать тело, то оно было совершенно не повреждено. Удивительно, какой путь она по своему, так сказать, сердечному желанию и Божиим, конечно, промыслом проделала, чтобы упокоиться в итоге на Елеоне в этой замечательной обители.

Владыка Ювеналий: Я думаю, такие вопросы нужно в мире и любви решать.

Оганесян: Да-да-да. И конечно, с уважением воли самой преподобной мученицы.

Еще вопрос, из Германии теперь. Пожалуйста.

Голос: Уважаемый Владыка, здравствуйте. С Вами говорит Эрих Розенгер, педагог из Германии. И у меня к Вам следующий вопрос. Я слышал, что в городе Серпухове до революции 1917 года был монастырь, где проживали 400 монахинь. Что с ним случилось? И есть ли теперь действующие монастыри в городе Серпухове? И еще: каков смысл Рождественского поста у православных в сравнении с Адвентом западных христиан? Заранее благодарю Вас за ответ.

Владыка Ювеналий: Спасибо Вам за ваши вопросы. В России почти все монастыри были закрыты, разорены, а насельники или рассеяны были по лицу нашей Земли, или приняли мученическую кончину. На сегодняшний день, когда у нас нет гонений, Россия живет в свободе, старается следовать вере своих отцов, возрождается церковная жизнь, открываются монастыри, возрождается в них монашеская жизнь. Так и в нашей Московской епархии, где сейчас 24 монастыря, и два из них в городе Серпухове. Тот монастырь, о котором вы упоминаете, испытал трагическую судьбу всех остальных монастырей России. И когда я несколько лет назад посетил это место, оно представляло собой город, который только что пережил страшную бомбежку. Здания стояли разрушенные, не было крыш. Страшное было зрелище. И вот там возобновлена монашеская жизнь. Сейчас это монастырь не столь многочисленный, как это было в то время, которое вы вспоминаете, но уже почти закончилась реставрация. Удивительно красивый монастырь. Это женский монастырь.

Оганесян: Он на берегу реки, очевидно, стоит?

Владыка Ювеналий: Да. И там же, в Серпухове, возрожден Высоцкий монастырь. В этих монастырях возродилось почитание иконы «Неупиваемая Чаша». И в них со всей России приезжают паломники. В Высоцком монастыре уже и следов разрушения нет. Когда посещают паломники этот монастырь, им трудно даже представить, что несколько лет назад он стоял в руинах. Так возрождается и Россия.

Оганесян: Спасибо. И вторая часть вопроса: разница между Рождественским постом в Православной Церкви и в Католической.

Владыка Ювеналий: Ну, во-первых, срок. Я хочу вас познакомить, что мы к Рождеству Христову готовимся 40 дней. У нас Рождественский пост продолжается 40 дней. А накануне Рождества Христова сочельник — это день, когда наши православные пребывают в абсолютном посте до вечера, как говорят, до появления на небе звезды, которая напоминает о той Вифлеемской звезде, которая привела тех, кто искал поклониться Христу, к Вифлеемской пещере.

Оганесян: Спасибо, Владыка. И наверно, последний вопрос в сегодняшней передаче. Пожалуйста.

Голос: Ваше Высокопреосвященство, здравствуйте. Я, Анна Евгеньевна, пенсионерка, москвичка, поздравляю Вас с наступающим Рождеством и Новым годом. Вопрос у меня к Вам такой: каковы, на Ваш взгляд, сегодня взаимоотношения Русской Православной Церкви и Российского государства? И если можно, еще вопрос: какова жизнь нашей Церкви в регионах? Чем отличается от положения Церкви в Центре? Есть ли, по-Вашему, взаимопонимание между Церковью и местными властями? Благодарю Вас за ответ, и всего Вам самого доброго.

Владыка Ювеналий: Эти оба ваши вопроса взаимосвязаны. Жизнь религиозных организаций регулируется законодательством, и оно исполняется на территории всего нашего государства. Мы, можно сказать, стоим как бы на руинах, восстанавливая наши порушенные святыни. И в разных местах по-разному это происходит. Ну, например, в городе Москве, в Подмосковье удается, может быть, больше, потому что тут, с одной стороны, все хотят сделать что-то приятное Святейшему Патриарху. И он как духоносный Первоиерарх наш, Первосвятитель очень и очень много внимания уделяет тем людям, которые являются благотворителями и дают средства на восстановление святынь, и вдохновляет и государственных и общественных деятелей. Можно только сказать, что чудо Божие было, что тот порушенный Храм Христа Спасителя, который 40 лет строился, воссоздан менее чем за пять лет. Так вот и у нас в Московской области 253 храма новых уже построены и больше тысячи восстановлены. Это показывает развитие церковной жизни. И каждая епархия на территории России может привести свои статистические данные, свои достижения. Но, конечно, сказывается и человеческий фактор. Те губернаторы, которые уделяют больше внимания церковной и духовной жизни, они больше помогают. А те, которые, может быть, недооценивают это, они более прохладно к этому относятся.

Оганесян: Какого-то однообразия здесь и нельзя ожидать.

Владыка Ювеналий: Абсолютно невозможно.

Оганесян: А если спускаться ниже, ну, там мэрии или районные поселки?

Владыка Ювеналий: Но я хотел бы сказать, что отношения между Церковью и государством взаимоуважительные, созидательные, находятся в творческом развитии, и мы чувствуем себя духовными партнерами с государством в возрождении духовной и нравственной жизни.

Оганесян: Вы знаете, Владыка, наверно, хорошо, что сегодня Церковь подобно щиту ограждена и Господом, но и, с другой стороны, государством. Вы говорили об эксцессах конфронтации государства и Церкви, которые были вот все эти годы. Ну, скажем так, основные десятилетия прошлого века были окрашены, конечно, этой конфронтацией, часто приводившей к тому, о чем Вы говорили, — к жертвам человеческим и репрессиям.

Владыка Ювеналий: Думаю, что это Господь попустил какое-то искушение, когда у людей разум отнимался. Это борьба была против своего народа, против своих традиций, чем жили веками люди, и как бы хотели все это раздавить. Они разрушали этот старый мир, а новый-то мир построить не удалось.

Оганесян: Вы правы, я согласен, это было какое-то саморазрушение. Но вот иногда все-таки священство, которое удалено от Центра, скажем так, служит на приходах, говорит вот о том, о чем Вы говорили: важно, каков человек во власти, ну, и отношение людей к вере. Все-таки иногда если не прямые гонения, то неприязнь и нежелание пойти навстречу встречаются. Я, например, встречал в одном крупном селе с очень давними историческими традициями, не буду сейчас называть это село, потому что это не единичный, наверно, случай, когда рядом полуразрушенный храм, который, в общем-то, приход-дом, скажем. Насколько я понимаю, это бывший дом священника, он просторный, там есть где помолиться. Но рядом роскошный собор, ну, буквально, наверно, в метрах 150, по соседству, роскошный собор с очень красивой архитектурой, и там организована дискотека для молодежи. Под таким лозунгом, что молодежи же надо где-то отдыхать, допускается то, что пляшут в церкви, не понимая, какой это вред наносится и нравственности, и здоровью молодежи, которая ходит. Такие факты не единичны. Вот скажите, пожалуйста, как Вы, как епархиальный руководитель, подходите к таким случаям? Какая у Вас есть, можно сказать, своя метода, как с такими случаями справляться, если Вы с ними сталкиваетесь?

Владыка Ювеналий: У меня, Слава Богу, за 30 лет моего управления Московской епархией не было случаев противостояния. А Бог как-то ко мне милосерд, видно, из-за того, что я уже пожилой, чувствительный человек, послал, как я считаю, такого губернатора в Московскую область, где семь лет кроме благожелательного взаимодействия, причем я хочу подчеркнуть это очень ясно, без какого бы то ни было взаимного вмешательства в дела друг друга, идет развитие церковной жизни. У нас тоже есть работа с молодежью. И у правительства Московской области, и у Церкви есть организации свои, но между ними, между прочим, подписаны соглашения, как подписаны соглашения с министерствами образования, социальной защиты и другими для взаимодействия. И вот нам стало мало наших церковных зданий, нам стало мало клубов, домов культуры, которые предоставляются нам для пастырских встреч. А губернатор за последнее время выстроил почти во всех главных городах Подмосковья огромные стадионы, каждый из которых вмещает несколько тысяч. Так вот мы приходим на эти стадионы к детям, куда собирают их для того, чтобы мы с ними общались. Это не пропаганда, что я вам говорю. Могу документ представить. У меня есть видеокассета.

Оганесян: Я Вам верю, Владыка.

Владыка Ювеналий: У меня есть видеокассета с фильмом о Дне славянской письменности и культуры, который прошел в этом году в Коломне. Там недавно построен ледовый конькобежный дворец, и в этом ледовом дворце, где были пять тысяч детей, мы давали наш православный урок. Вот недавно в других местах мы встречались по случаю проведения Рождественских чтений. Мы опять встречались на стадионах. На днях в Подольске отметили юбилей храма. Вам, может быть, интересно будет, потому что вы знаете о Храме Христа Спасителя в Москве, а храм-то в Подольске Троицкий 175 лет назад построен был также по случаю победы в войне 1812 года. И чем он еще знаменит — это не храм-мученик, а, я бы сказал, храм-герой, потому что во все 175 лет он не закрывался и в советское время не закрывался. Мы отметили его юбилей и для детей устроили открытый урок опять же на стадионе. Было до пяти тысяч учащихся, мы им рассказали о истории христианства и этого церковного памятника.

Оганесян: Вообще-то это важно. Вы с другой стороны, но ответили на вопрос очень интересный: если вот так работать с детьми, то они не пойдут, по крайней мере, в церковь как в клуб или в дискотеку, это верно. Спасибо, Владыка.

Владыка Ювеналий: Вам огромное спасибо. Для меня было радостно с вами еще раз встретиться. Я хоть говорил, что я уже очень старый и мне уже 73-й год идет…

Оганесян: Какая же это старость!

Владыка Ювеналий: Но не забывайте этого старца. Я буду рад всегда приходить к вам, если Бог даст мне жизни, здоровья.

Оганесян: Спасибо, Владыка.

Владыка Ювеналий: Сейчас, вступая в новый год благости Божией, праздник Рождества Христова, я еще раз горячо всех и сердечно приветствую, призываю Божие благословение и желаю всем счастья, мира и всяческого благополучия. Спаси вас Господи.

Оганесян: Спаси Господи, Владыка. И я тоже от лица наших телезрителей и радиослушателей, от себя лично хочу Вас поздравить с Новым годом и Рождеством и пожелать Вам крепости духовной, сил и побольше вот таких ярких встреч здесь у нас на радио и на телевидении. Всего Вам доброго.

Владыка Ювеналий: До свидания.

Оганесян: До свидания. Я напоминаю, что сегодня на мои и ваши вопросы отвечал Его Высокопреосвященство митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий. Всего доброго. С Новым годом и Рождеством!

Следующая статья
XVI Международные Рождественские образовательные чтения
© 2001—2018 Московская Епархия Русской Православной Церкви
119435, Москва, Новодевичий проезд, 1/1
(499) 246-08-81 (обращаем внимание на необходимость набора кода 499 перед номером)